Меню

ПЕЛЕ, КОТОРОМУ ШЕСТЬДЕСЯТ...

СЛЕЗЫ КОРОЛЯ

неоднократно видел футбольный, и не только футбольный, мир.

Ему ничего не стоит заплакать. Впервые это случилось сразу же по окончании финального матча на чемпионате мира в Швеции и увековечено десятками фоторепортеров: он буквально взахлеб рыдает на плече счастливо улыбающегося Жилмара.

Он плакал, когда стал «би-кампеоном», он прослезился в торжественный момент завоевания «три» в Мексике в 1970 году. Он обильно лил слезы, когда забил тысячный гол: рыдал, пока журналисты и торседорес носили его вокруг поля на своих плечах. Потом плакал под душем, потом всхлипывал, уже сидя на скамейке и вытираясь. И трогательно вновь прослезился, когда я там, в раздевалке, вручил ему маленький сувенир — программку нашего футбольного матча с автографом Льва Яшина, сказав, что великий русский вратарь тоже поздравляет его с тысячным голом. (Лев Иванович, по правде говоря, передал мне ее для Пеле за несколько месяцев до того дня: когда я был в отпуске в Москве. Ну, а вручение сувенира я просто приурочил к самому торжественному и счастливому моменту в жизни Короля).

Конечно же, он ронял скупую мужскую слезу каждый раз, когда прощался с футболом. А этот процесс у него затянулся на долгие годы и превратился в настоящий «крестный путь». В тридцать один год он прощался со сборной: плакал навзрыд. В тридцать четыре — расставался с «Сантосом»: рыдал. В тридцать шесть — прощался с «Космосом»: лил слезы, как ребенок.

Нет, я не иронизирую. Я просто привожу факты. И призываю: будем объективны! Скажите мне, скептики, пожалуйста: смог ли кто-нибудь из нас, пусть даже самых твердокожих и крутых мужиков, остаться без влаги в глазу, когда в твою честь стотысячная архибанкада «Мараканы» вдруг подымается на ноги в едином порыве, и куда-то в небо, к планетам, к созвездию Южного Креста несется обращенное к тебе мощное, громоподобное: «О-стань-ся!!!»

ЕГО ДОМ — ЕГО КРЕПОСТЬ,

в которую никому нет доступа.

Как это всегда бывает в любой стране в любую эпоху, личная жизнь известных людей обязательно привлекает всеобщее внимание и рождает массу слухов, сплетен и легенд. Пеле всегда понимал это и был чрезвычайно деликатен и осторожен, не подпуская пытливых репортеров к своей жизни, протекающей за границами футбольного поля.

Помнится, он поразил меня ответом на вопрос одного из репортеров, который упрекнул Короля в том, что тот долго скрывал факт своего «жениховства», своего ухаживания за Розе-Мэри и предъявил миру и журналистам свою супругу только после свадьбы. Пеле ответил ему, что не хотел создавать никаких проблем для своей невесты: «А вдруг у нас бы с ней что-то не сложилось, и свадьба не состоялась бы? Тогда она на всю жизнь осталась бы «невестой Пеле». И это могло бы создать ей проблемы, если бы она вдруг нашла бы кого-то другого…»

Согласитесь: это была весьма похвальная деликатность! Свадьба с Розе-Мэри состоялась в начале 1966 года. Через год появилась дочь Келли-Кристина, потом сын Эдиньо, затем еще одна дочь — Дженифер. И долгие два десятка лет семья эта считалась как бы «образцово-показательной»: кроткая Розе-Мэри, милые дети, боготворимый миллиардами людей планеты, но остающийся простым и скромным отец семейства. Периодически в газетах и журналах появлялись статьи о мире и согласии в королевском семействе, и потому известие о начавшемся в 1978 году бракоразводном процессе было воспринято бразильцами с таким же изумлением и недоверием, с каким французы услышали бы о падении Эйфелевой башни, а англичане прочитали бы в «Таймсе» о нашествии пингвинов на Пикадилли.

Нужно отдать должное знаменитым супругам: бракоразводный процесс у них тоже оказался образцово-показательным. Он прошел без битья посуды, без прилюдной стирки белья, без истерик и публичных упреков. Усилиями адвокатов и щедростью отца семейства Розе и дети получили достойную компенсацию, и все это завершилось вполне благопристойно и благополучно. Если, конечно, в таких ситуациях можно говорить о «благополучии».

Король обрел свободу. И сразу же получил высший рейтинг на негласной национальной ярмарке самых завидных женихов. Правда, он постоянно повторял, что не намерен снова вступать в брак. А тем временем извлекал стопроцентную прибыль из своего холостяцкого положения. Хоровод его подруг становился все более бурным и, как бы это сказать поточнее… «калейдоскопичным», ужасая ревнивых и жадных до подробностей соотечественниц Короля его всеядностью и вызывая бешеную зависть бразильских Казанов.

Первой в этом ряду стала юная Шуша — девчушка, пытавшаяся искать славы в изменчивых лучах телевизионных прожекторов.

Любопытна история завязки этого романа. Когда наслаждавшийся вольной холостяцкой жизнью Король в первый раз попытался пригласить этого в ту пору несовершеннолетнего — то ли пятнадцати, то ли четырнадцатилетнего ребенка в кино (а куда еще ее в том юном возрасте можно было, скажите на милость, пригласить?), замиравшее от предвкушения романтического приключения дитя предложило Пеле спросить разрешения у строгого папеньки.

Пеле вздохнул, но согласился, позвонил домой и, будучи высоконравственным человеком, не стал ничего выдумывать и скрывать. Прямо так откровенно он и сказал:

— Здравствуйте! С вами говорит Пеле. Я хочу пригласить вашу дочку в кино. Вы не возражаете?..

Теперь представьте себе реакцию на этот звонок недоверчивого провинциального мужичка весьма строгих взглядов, пытающегося защитить доброе имя своей ненаглядной доченьки. Заслышав в трубке соблазнительно рокочущий баритон, явно принадлежащий мужчине безусловно не юного возраста, бдительный папенька, естественно, решил, что его разыгрывает некий нахальный ловелас, и потому, не колеблясь ни секунды, сказал наглецу, назвавшему себя именем великого Короля, куда именно он должен отправиться вместо кино.

Пришлось Королю смирить гордыню, звонить еще раз и долго убеждать отца, что это не розыгрыш…

В конце концов в кино они сходили. Потом погуляли. Потом… ну, что бывает потом, все прекрасно понимают. Роман состоялся, он длился несколько лет, и именно благодаря громкой и крепкой «дружбе» с Пеле Шуша сделала поистине головокружительную карьеру.

Сначала этой никому неизвестной девочке было доверено ведение утренней детской телепрограммы. Очень быстро она завоевала сумасшедшую популярность, рейтинги ее ток-шоу побили всех конкурентов и соперниц на других каналах. Шуша стала самой популярной ведущей детских программ сначала в Бразилии, а вскоре — после импорта своих программ на другие телеканалы Западного полушария — и в иных странах Латинской Америки.

Следующий шаг был подсказан Королем: Шуша запатентовала свой имидж, начала выпуск сувениров и кукол по имени «Шуша» и через год-другой стала процветающей предпринимательницей. К началу 90-х годов она вошла даже в рейтинг-лист самых богатых женщин-бизнесменов, публикуемый журналом «Форбс».

Лет двенадцать назад, помнится, я пообщался с ней благодаря содействию моего коллеги — тогдашнего корреспондента нашего радио в Бразилии Сергея Бельдинского, за что ему особое спасибо. Сергей снимал очерк о бразильских телесериалах и пригласил меня в поездку по съемочным площадкам и студиям ТВ-Глобо, которая хорошо известна в нашей стране после «Рабыни Изауры», «Тропиканки», «Нежного яда» и прочих шедевров. Шуша оказалась обаятельной, весьма веселой особой, она охотно рассказывала о закулисье бразильского телевидения, но не выказала никакого желания комментировать свой роман с Королем. Впрочем, к тому времени роман уже близился к своему неизбежному финалу.

Вскоре настал тот час, когда Шуша сказала Пеле «спасибо» и ушла в самостоятельное плавание. (У нее случился потом даже не менее шумный, но быстротечный роман с великим автогонщиком Айртоном Сенной).

А у Короля объявились новые подруги. Актрисы и модели, журналистки и певицы, девушки без определенных занятий и светские дамы. На каждом ежегодном карнавале Бразилия знакомилась с очередной пассией своего кумира, появлявшейся рядом с ним в губернаторской, естественно, ложе. Обсуждение быстротекущего хоровода пассий и потенциальных невест Короля стало в те годы одним из самых любимых занятий бразильских журналистов, обывателей и особенно дам, представлявших средние и выше среднего слои общества, втайне лелеявших мечты о том, что (чем черт не шутит, когда Господь Бог спит?!) когда-нибудь пресытившийся взгляд Короля упадет и на нее, сердешную...

ЖЕЛАНИЕ ДАМЫ ДЛЯ РЫЦАРЯ — ЗАКОН?

Так продолжалось до тех пор, пока в апреле 1994 года не свершилось неизбежное: 53-летний Король повел-таки под венец 34-летнюю Ассирию Сейшас Лемос, врача-психолога.

Свадьбу сыграли в Ресифе — родном городе Ассирии. Городские власти оперативно осуществили капитальный ремонт улиц, по которым двигался кортеж. Они были заново вымощены, а дома — покрашены. У алтаря жених пролил свою традиционную скупую мужскую слезу, невеста лучилась счастьем. Должен заметить, что празднества сии, как летний день от зимней ночи, отличались от скромного обряда бракосочетания с Розе-Мэри в 1966 году. Присутствовали не только родственники, но и триста приглашенных со всей страны гостей, которых сто семьдесят полицейских ограждали от сотен тысяч фанатов, бравших штурмом епископальную англиканскую церковь в надежде увидеть хотя бы издали белоснежный фрак Короля или, на худой конец, фату невесты.

Брак с Ассирией обогатил национальную светскую хронику еще одной пикантной деталью, которая тут же затмила все другие новости и стала с сатанинским упорством перемалываться на великосветских раутах и в пивных барах по всей стране: Ассирия заявила о желании иметь детей от любимого супруга. И причем много! К своей трехлетней Жемиме, дочурке от первого брака, она пожелала добавить несколько братишек и сестер.

Желание, согласимся, вполне законное и оправданное. Тем более что исходило оно от молодой привлекательной женщины, которая не была обременена скучными мыслями о размерах жилплощади или о необходимости нанимать нянек, кормилиц и прочий обслуживающий персонал. Как говорится, плодитесь и размножайтесь! И дай Бог счастья вашему дому!

Но тут оказалось, что еще семнадцать лет назад, сразу же после рождения третьего ребенка — младшей дочки Дженифер Король сделал себе операцию. Не очень сложную. На языке врачей она именуется «резекцией семявыводящих протоков». Те же самые специалисты сообщат, что это — всего лишь надежный, даже стопроцентный метод предупреждения беременности. Причем ни в коей мере не снижающий эмоциональной энергии пациента. Таким образом, на финальном отрезке своего супружества Розе-Мэри была избавлена от традиционных женских хлопот. Так же, как и все последующие подруги Короля. Но вот эта неожиданная просьба Ассирии...

Короче говоря, Пеле кинулся к специалистам с вопросом: а нельзя ли сыграть «отбой» и вернуть ему то, что у него было отнято безжалостным скальпелем семнадцать лет назад?

После долгих и авторитетных консилиумов и консультаций в одной из лучших клиник США было констатировано, что то, что отрезано ножом, увы, не подлежит восстановлению.

И посему мудрые эскулапы посоветовали молодой семье прибегнуть к искусственному осеменению. Операция прошла успешно, и через положенные девять месяцев Ассирия родила Королю двойню: мальчика и девочку. Чем была подтверждена старая истина, утверждающая, что «все могут Короли!».

Решая эту проблему, Король одновременно столкнулся с другой, еще более деликатной. У него вдруг обнаружилась… внебрачная дочь!

Благодаря энергии светских хроникеров страна узнала, что появилась она на свет в результате быстротечного романа Короля с собственной домработницей еще в те годы, когда он был холост и только-только начинал в Сантосе свою футбольную карьеру. Скромная и тихая Анизия Машадо, узнав об огорчительном последствии этого романа, исчезла из дома Пеле. И он так и не узнал тогда о рождении дочки Сандры Режины.

Объявилась она, когда ей было уже далеко за двадцать, семья испытывала трудности, и девушка попыталась уговорить папочку профинансировать ее поступление в институт физкультуры (тоже ведь голос крови!).

Увы, тут Король (из песни слова не выкинешь!) поступил отнюдь не по-королевски: он категорически отказался признавать свое отцовство. В этом его всячески поощряли адвокаты, схватившиеся за голову и представившие себе, сколько, не дай Бог, еще может объявиться «самозваных» наследниц и наследников, учитывая буйную молодость и неуемный темперамент Короля. Даже когда дело дошло до суда и до генетического анализа, снявшего все вопросы.

Впрочем, и без анализа у каждого, кто увидел их рядом в приемной судьи, поразительное внешнее сходство устраняло все сомнения.

Увы, несмотря на решение суда, Сандра так и осталась без признания и без отцовской помощи. И нашла утешение в политике: сумела избраться там, в Сантосе, депутатом городского муниципального собрания. А вскоре после этой истории вышла замуж, родила Пеле внука, которого он так и не увидел. По крайней мере, до тех пор, пока пишутся эти строки.

Совсем недавно Сандра выпустила книгу воспоминаний под названием «Дочь, которую не признал Король». При тираже 100 тысяч, что для Бразилии — крайняя редкость, книжка успешно разошлась. Видимо, личная жизнь королей по-прежнему интересует плебс…

Игорь ФЕСУНЕНКО. Газета "Футбол", №44/2000

Термины, упражнения, теория и питание на нашем сайте, проповедующем бодибилдинг .; Агентство нянь: агентство домработница, домработница один два раза в неделию; Новые факты: страховые тарифы